«Строительный трест №14» строил Гомель почти 60 лет — теперь сам оказался банкротом: за несколько лет предприятие потеряло около 90% сотрудников

«Строительный трест №14», почти 60 лет участвовавший в застройке Гомеля и возведении знаковых объектов города, оказался на грани ликвидации. Долги предприятия превысили 52 млн рублей при активах менее чем на 30 млн, а численность работников за несколько лет сократилась примерно на 90% — с около 900 человек до примерно 100. Теперь дальнейшую судьбу одного из старейших государственных застройщиков региона должен решить суд.

Один из старейших государственных застройщиков Гомеля фактически подошёл к финальной стадии своего существования. В отношении ОАО «Строительный трест №14», работавшего с 1967 года, продолжается процедура банкротства. Если весной требования первых кредиторов составляли немногим более 1,6 млн рублей, то теперь сумма предъявленных к взысканию долгов превысила 52 млн рублей.

Масштаб проблемы особенно хорошо виден на фоне стоимости оставшегося имущества предприятия. Активы стройтреста оцениваются менее чем в 30 млн рублей. То есть даже продажа всего, что ещё можно реализовать, уже не позволяет полностью рассчитаться с кредиторами. На торги выставляются здания, оборудование, легковые и грузовые автомобили и другое имущество.

Следующее заседание суда назначено на 11 сентября. Ожидается, что на нём будет решаться дальнейшая судьба предприятия, которое почти шесть десятилетий было одним из заметных участников строительного рынка Гомеля.

От крупного стройтреста осталась примерно десятая часть коллектива

Ещё показательнее выглядит сокращение самого предприятия.

В 2023 году в «Строительном тресте №14» работало около 900 человек. К началу 2026 года в штате оставалось примерно 100 сотрудников. Получается, всего за несколько лет численность работников уменьшилась примерно в девять раз.

Причём проблемы возникли явно не весной 2026 года. По состоянию на 1 января задолженность предприятия по кредитам и займам приближалась к 20 млн рублей, причём практически вся она была просроченной. Чистый убыток только за 2025 год составил почти 5 млн рублей, а накопленный непокрытый убыток превысил 52 млн рублей. Стоимость чистых активов уже тогда была отрицательной — около минус 21,75 млн рублей.

Весной предприятие испытывало проблемы даже с выплатой зарплат: в мае сотрудники всё ещё ожидали деньги за февраль и март. Одновременно стройтрест перестал набирать новых работников, а имущество постепенно выставлялось на продажу.

Сегодня среди кредиторов предприятия есть не только подрядчики и коммерческие организации. У стройтреста имеются долги перед работниками, бюджетом и Фондом социальной защиты населения.

Строил половину знаковых объектов Гомеля

История особенно заметна потому, что речь идёт не о небольшой частной фирме, появившейся несколько лет назад.

«Строительный трест №14» был создан ещё в 1967 году и на протяжении десятилетий участвовал в строительстве жилья, школ, детских садов, больниц и крупных общественных объектов.

В его портфеле — Гомельский областной драматический театр, цирк, Дворец лёгкой атлетики, гостиницы «Гомель» и «Турист», корпуса вузов, кинотеатры, торговые центры и высотное здание «Белоруснефти».

Предприятие пережило распад СССР, кризисы 1990-х и последующие экономические потрясения, но до нынешнего этапа дошло уже практически без финансового запаса.

И это делает происходящее показательным для строительной отрасли в целом.

Почему предприятие с заказами и десятилетиями опыта оказалось без денег?

Самый интересный вопрос в этой истории — не само банкротство, а то, как государственная строительная организация с огромным опытом, недвижимостью, техникой и многолетним портфелем заказов смогла накопить обязательства, превышающие стоимость её активов.

Причём финансовое ухудшение происходило не одномоментно. Имущество стройтрест начал активно распродавать задолго до подачи заявления о банкротстве. Например, главный офис на улице Тельмана пытались продать на аукционе примерно полтора года.

Это уже больше похоже не на случайный провал одного проекта, а на длительное истощение предприятия.

Для государственных строителей такая модель особенно болезненна. Они нередко получают социальные и инфраструктурные заказы, работают в условиях регулируемой стоимости строительства, зависят от бюджетного финансирования и при этом сталкиваются с ростом цен на материалы, зарплаты и технику. Формально объекты строятся, работы выполняются, но рентабельность может постепенно исчезать.

В результате предприятие способно годами поддерживать деятельность за счёт кредитов, отсрочек поставщиков и накопления обязательств — до момента, когда продолжать этот процесс становится невозможно.

И всё это происходит на фоне падения жилищного строительства

История гомельского стройтреста совпала с заметным ухудшением общих показателей отрасли.

За январь–июль 2026 года в Беларуси количество построенных квартир сократилось почти на 22%, а в одном только июле ввод жилья оказался примерно на треть ниже прошлогоднего.

Поэтому исчезновение крупного регионального подрядчика уже трудно рассматривать исключительно как частную проблему одного плохо управляемого предприятия.

Само банкротство ещё не доказывает системного кризиса всей отрасли. Но когда организация, проработавшая почти 60 лет, за несколько лет теряет около 90% персонала, перестаёт вовремя платить зарплаты, распродаёт имущество и приходит к долгам, почти вдвое превышающим стоимость активов, это как минимум ставит вопрос о состоянии всей модели государственного строительства.

11 сентября суд может поставить в истории «Строительного треста №14» юридическую точку.

Экономическая история, однако, интереснее судебной: как предприятие, которое десятилетиями строило Гомель, в итоге само оказалось конструкцией, которую уже, похоже, невозможно удержать.